Граница лавы  - Алекс Орлов

Поначалу что-то не ладилось, и ему навтыкали, прежде чем он, прогревшись наконец, начал проявлять свою невычисляемую манеру, после чего противники стали валиться один за другим.

Разогнавшись таким образом, он с ходу преодолел прошлое достижение, потом, на подъеме, сразил еще одного противника, однако увлекся и позабыл про то, что устал и сделался медленнее. В результате, пропустив удар, он грохнулся на пол, перепугав выскочившего из своей комнаты лейтенанта.

«Сэр, с вами все в порядке?» – услышал он как сквозь вату. Перед ним все еще стоял ухмылявшийся противник, которого не удалось пройти.

Брейн снял шлем и вернулся в реальность.

– Вам помочь? – спросил лейтенант, бросаясь к Брейну.

– Нет, я в порядке… Зевнул немного… – ответил тот и, поднявшись, провел ладонью по раскрасневшемуся лицу.

Между тем лейтенант взял шлем и, взглянув на маркер уровня, восхищенно покачал головой.

– Вот это да, сэр! Я не знаю никого, кто поднимался бы до этой ступени!..

– Пойду в душ, – сказал Брейн и начал поочередно снимать элементы тренажерного костюма.

Брейн уже ушел, и слышно было, как зашумела в душе нелимитированная вода, а лейтенант все смотрел на маркер, не переставая удивляться.

– Но послушайте, сэр! Это же опасно! – крикнул он. – Это же не спортивный тренажер, а учебно-боевой!

Однако, поняв, что майор его не слышит, лейтенант положил шлем на стол и удалился в свою комнату.

95

Спустя полчаса они уже шагали по улице, и Брейн ловил на себе косые взгляды военных и гражданских.

«Это из-за желтых окантовок», – сказал он себе. Впрочем, лейтенант был рядом, а значит, переживать не следовало. И Брейн перестал. Он умел отвлекаться и скоро уже с интересом рассматривал витрины немногочисленных магазинов и женщин, среди которых попадались очень хорошенькие. Он засмотрелся на девушку-суперколвера – высокую, широкоплечую, но все же хорошо сложенную. На ней был мундир космического флота, и темно-синий цвет ей шел.

Брейн вдыхал аромат синтетических цветов на чистеньких клумбах и временами даже забывал, для чего он здесь. А зачем, если и так все хорошо? Жизнь научила его ценить даже малые удовольствия, а в военной жизни этими удовольствиями были ограниченные по времени увольнения.

Вот и сейчас он чувствовал себя будто в увольнении.

Кафе, куда его привел лейтенант, оказалось вполне приличным на вид ресторанчиком. Публика тут была соответствующая – в бокалах только вино, на столах по паре-тройке блюд, не более.

Половина гражданских, половина военных. Мужчины, женщины, неспешные разговоры. В основном варвары и суперколверы. Лишь пара канзасов, а гоберли представлял только лейтенант Грюн.

– Это мое любимое кафе, – признался он, усаживаясь за столик спиной к стене. Брейн сел так же, и теперь они хорошо видели весь зал.

В стол была вмонтирована панель с меню, и Брейн, еще раз уточнив у лейтенанта про кредитный лимит, стал выбирать, обращая внимание на сопутствующую информацию о составе блюд.

Оказалось, что продукты произведены только из натурального сырья. Это было по-настоящему шикарное место.

Подошел официант-канзас и еще раз уточнил, действительно ли они хотят получить все это и готовы за все заплатить? Лейтенант Грюн подтвердил, и официант ушел, пообещав не заставлять гостей долго ждать. И действительно, спустя пару минут принесли первые блюда. И хотя подавались они не совсем в той последовательности, которая считалась обязательной, Брейн не обращал на это внимания и съедал все еще до того, как приносили следующее блюдо.

Лейтенант ел мало и в основном разглядывал женщин. Они здесь были действительно хороши – других за такие деньги обедом не угощали. Брейн тоже отмечал этих красоток, но только краем глаза – еда, да еще такого высокого качества, его интересовала больше.

У них в гарнизоне тоже все было очень вкусно да еще и бесплатно, но здесь блюда выглядели изысканнее.

После того как основные блюда закончились, Брейн в ожидании десерта чуть отодвинулся от стола и посмотрел на Грюна.

– Ты чего такой скучный, лейтенант? – спросил он, улыбаясь, поскольку по лицу Грюна прочитал причины его плохого настроения – тот не был популярен у женщин.

– Я в порядке, – ответил лейтенант, ковыряя вилкой синтетический ростбиф.

– Да ладно, я же вижу, что ты не в порядке.

– Вот почему, сэр, как только мы зашли сюда, все девушки в зале тотчас стали на вас пялиться?

– Так уж и пялиться?

– Ну посматривать. Это даже стало нервировать их спутников, я это заметил.

– Все дело в этой желтой оторочке вокруг майорских «орлов». Они видят, что это плохой парень, и это их привлекает.

– Каким образом?

– Девочкам нравятся плохие парни.

Грюн недоверчиво посмотрел на Брейна, потом отодвинул тарелку и с обреченным видом кивнул.

– Вот, значит, в чем дело. И даже если вы уже немолодой мужчина, но преступник – вы более притягательны для женщин, чем офицер с безупречной репутацией?

– Иногда так бывает. Знаешь, давай заберем десерт с собой, или лучше пусть пришлют его в номер.

– Давайте, – согласился лейтенант. Похоже, сегодня обстановка в его любимом кафе ему не нравилась.

Он позвал официанта, расплатился казенной картой и оставил адрес, куда следовало доставить десерт. После этого они направились к выходу – Брейн первым, Грюн за ним.

Оказавшись на свежем воздухе, они немного постояли на крыльце, потом Брейн спросил:

– Куда теперь?

Но лейтенант отозвался не сразу, он все еще был погружен в свои мысли.

– Вот и сейчас, сэр, когда мы шли по залу, девушки смотрели на вас. Вы были им интересны как мужчина!

– Так они не знают, сколько мне лет! А если знали бы, то даже не посмотрели бы в мою сторону, – из последних сил оправдывался Брейн. Он искал способ сдернуть лейтенанта с этой темы, но тот был упрям.

– Вам что же, девушки уже не нравятся?

– Ну почему не нравятся? Нравятся, конечно. Но степень необходимости в них уже не так критична, как прежде.

– А если попроще?

– А если попроще – мой член больше не приказывает мне, как жить и что делать.

– Теперь понял, – кивнул Грюн. – Но, сэр, вы же в прекрасной форме, вы на тренажерах вон какие фокусы выделываете!

– А ты, будь такая возможность, только бы с девками кувыркался?

– Наверное, – с мечтательной улыбкой произнес Грюн.

– Ну… я более разносторонняя личность. У меня много интересов.

96

Так, разговаривая, они прошли метров пятьдесят, когда у лейтенанта вдруг зазвонил мидифон, и, взглянув на код вызова, он вытянулся и громко произнес: